Ваша помощь конвертируется в здоровье
Я хочу помочь
связаться с нами мы в социальных сетях

Тайна Холаппа: «Посадить наркопотребителя - означает сделать его невидимым и притвориться, что проблемы больше нет». 13/07/17

Тайна Холаппа: «Посадить наркопотребителя - означает сделать его невидимым и притвориться, что проблемы больше нет».

Поделитесь первыми впечатлениями о «Гуманитарном действии».

Самое главное и важное – отношение ко мне, дружелюбный, открытый прием. Я в другой стране, и много сил тратится на языковую практику, нужно было время, чтобы адаптироваться к системе вашей работы, несмотря на аналогичный опыт в своей организации, в Финляндии. В «Гуманитарном действии» у каждого есть свои задачи, при этом, чувствуется общая командная работа. Поначалу было сложно привыкнуть к графику работы автобусов, но постепенно картина сложилась.

Какие цели вы ставили, когда ехали на стажировку?

Главная причина – практика русского языка. Я изучаю его, и стажировка, в том числе, поможет мне в написании дипломной работы, где я исследую дискурс темы ВИЧ и СПИДа в российских СМИ. «Гуманитарное действие» выбрала потому, что моя организация тоже занимается снижением вреда и профилактикой ВИЧ. Мне было интересно, как низкопороговые проекты реализуются в России, с какими трудностями вам приходится сталкиваться в работе, в фандрайзинге, как выстраивается взаимодействие с властью. Правда, что касается государственных органов, то трех месяцев стажировки, чтобы досконально в этом разобраться, недостаточно, нужно, примерно, полгода, поэтому рассчитываю прояснить хотя бы основные моменты. Безусловно, интересно то, как вы работаете «в поле», поэтому мне очень хотелось получить аутрич-практику – встречать клиентов, общаться с ними.

Удалось?

Конечно, требуется определенное время, чтобы войти в диалог, поэтому я была готова к тому, что поначалу все мое общение с клиентами автобусов ограничится приветствием. Люди разные, не все хотят говорить, но на маленьком автобусе (работающим с женщинами, вовлеченными в уличный секс-бизнес – прим. Ред.) с несколькими удалось пообщаться. Женщины меньше говорили о себе, больше спрашивали обо мне и почему я здесь, моей работе, Финляндии, о том, какие социальные услуги и лечение есть в нашей стране для наркопотребителей.

Расскажите и нам.

Я работаю в организации Pro-tukipiste. Ей - чуть больше 25 лет. Основное направление – помощь секс-работникам, будь то женщины, мужчины или трансгендеры. Также занимаемся профилактикой ВИЧ – тестируем, раздаем презервативы. Кроме того, мы реализуем программы снижения вреда и другие низкопороговые проекты, аутрич-работу, кейс-менеджмент. Я - социальный работник. Моя главная задача – аутрич-работа на улицах и в стриптиз-клубах, но также регулярно участвую в дежурстве и, по необходимости, в других направлениях нашей деятельности. Среди наших клиентов не очень много наркозависимых. С этими клиентами мы встречаемся на практике только на улицах. Можем и индивидуально, на специальных дежурствах соцработников, но это уже более высокий порог общения. Мы помогаем с жильем, с получением пособий. В «Гуманитарном действии» большинство клиентов – русскоязычные. У нас, помимо соотечественников, много иностранцев из Азии, Африки, Латинской Америки, России, Украины, Прибалтики и других европейских стран. Это влияет на работу. Чем меньше языковой барьер, тем легче наладить контакт. Если люди хотя бы немного говорят по-английски или по-фински – этого уже достаточно, также у нас есть два сотрудника, которые владеют тайским.

Сколько, в среднем, за год, проходит людей через вашу организацию, и как вы с ними взаимодействуете?

Всего за прошлый год в Хельсинки у нас было более восьми тысяч контактов с людьми – и аутрич, и на улицах. Мы выбираем район и выходим туда пешком в четыре или пять часов вечера. Посещаем еженедельно стриптиз-бары, кабины пип-шоу, тайские массажные салоны и другие приватные заведения. Кроме того, мы работаем аутрич в чатах, веб-студиях и контакт-форумах в интернете, где в последнее время все больше происходит продажа и покупка сексуальных услуг. Раз в месяц ходим в рестораны, в центр. На весь Хельсинки у нас около полутора десятков работников, включая администрацию. Год назад мы открыли филиалы в Турку, филиалу в Тампере в сентябре исполнится уже 10 лет. Там работают по два человека. Также у нас по всей стране работает горячая линия. Кроме того, в ближайшем будущем несколько раз в год мы планируем по двое выезжать в соседние с Хельсинки города, где нет наших пунктов, в тамошние массажные салоны или стриптиз-клубы. С подобными просьбами к нам не раз обращались приезжие.

Ваши клиенты, в большинстве, легальные мигранты или незаконно пребывают в стране?

Исходя из нашего опыта, большинство наших клиентов находятся в стране легально, но иногда бывают случаи с утерянными документами или с просроченной визой, либо же это жертвы торговли людьми. В этих случаях мы можем сотрудничать с другими организациями, помогая общими усилиями. Хотя, конечно, гражданам Финляндии доступно больше социальных услуг от государства.

Какова ситуация с эпидемией ВИЧ в Финляндии?

Ситуация стабильная. За период с 1999 по 2016 годы количество новых случаев заражения ВИЧ колеблется между 140 и 190 в год. За 2016 год было зафиксировано 183 случая. Большинство – половой путь передачи, и всего шесть – через инъекционные наркотики. Всплеск ВИЧ-инфекции среди наркопотребителей был с 1999 по 2003 гг., тогда новых случаев было от 20 до 60 в год. После ситуация стабилизировалась и теперь это количество от четырех до десяти случаев. Конкретно среди тех, кто является нашими клиентов – их может и вообще не быть. Я считаю, что такие результаты мы получили благодаря постоянному информированию и профилактике.

Наверняка не обходится и без культуры сексуального просвещения на государственном уровне?

Да, очень способствует нашей работе то, что мы можем нормально говорить о сексе и и сексуальной жизни. В школах это часть процесса обучения и входит в систему основных знаний ученика уже лет с 11-12 лет.

Как в Финляндии обстоят дела с наркополитикой?

Конечно, у нас есть еще свои трудности и не всегда отношение финского общества к наркозависимым было толерантное, но последовательная либерализация законодательства сказалась положительно. С 1997 года в государстве действует программа заместительной терапии. «Легкие» наркотики не легализованы, но, если у человека обнаружили небольшую дозу для личного употребления, ему за это не грозит тюрьма, другое дело – продажа. Страдающие наркозависимостью не лишаются права на основные государственные пособия и соцуслуги, могут устроиться на работу.

А что касается секс-услуг?

Они также не легализованы. При этом, уголовная ответственность может наступить за продажу и покупку секс-услуг несовершеннолетних или сутенерство, но взрослые люди могут работать в своей квартире. При этом, если они арендуют жилье, то это уже может считаться сутенерством, например, со стороны арендодателя. Это становится проблемой для тех девушек, которые бы хотели, например, снимать жилье вдвоем и там же работать. Кроме того, есть закон о нарушении общественного порядка. Считается административным правонарушением, если секс-работник предлагает свои услуги, например, на улице или в ресторане. Но доказать это довольно трудно, мало ли зачем девушка разговаривает на улице с мужчиной. У иностранцев полиция может попросить на улице документы. Если человек находится в стране легально, проблем – нет. Другое дело, если он уже зафиксирован в системе как совершавший ранее правонарушения. Тогда может потребоваться дополнительная проверка.

В Швеции, Норвегии, Франции и Исландии потребитель секс-услуг криминализован. В Финляндии не планируют?

Пока в Финляндии мнения разделились, но в правительстве часто звучат призывы к реализации «шведской модели». Я бы даже отметила определенное давление в этом вопросе. Что касается населения, то, на мой взгляд, не очень большая его часть придерживается подобного мнения. Большая часть, все-таки считает, что если это добровольный выбор, пусть люди этим занимаются, им буду созданы в безопасные условия.

Повлияла ли либерализация наркополитики в Финляндии на рост числа наркозависимых? Изменилась ли у вас наркосцена?

По данным на 2015 год в Финляндии было зафиксировано около 15000 наркопотребителей опиатов, из которых более 2500 тысяч получали заместительную терапию. За два года это количество практически не изменилось, молодежь «тяжелые» вещества практически не употребляет. Несколько лет сохраняется тренд на синтетические наркотики, но это общемировая проблема, я считаю. К этим веществам очень сложно подобрать лечение и снижение вреда, потому что чаще всего их принимают вместе с лекарственными средствами, и нет точной статистики по количеству наркопотребителей среди данных групп веществ.

Недавно в России результаты одного из соцопросов показали, что большинство людей выступают за введение уголовного наказания за наркопотребление. На ваш взгляд, это выход?

По сути, если наркопотребитель попадает в тюрьму, то он просто оказывается в другом месте, и не факт, что это повлияет положительно на его болезнь. Зависимые люди и в тюрьме найдут, что употребить и как это сделать. Случаи, когда в тюрьме человек избавлялся от зависимости, есть, но они редки и нельзя говорить об этом, как о системе. Посадить наркопотребителя означает сделать его невидимым, притвориться, что проблемы больше нет, но потом человек освободится и продолжит употреблять, потому что условий для каких-то качественных изменений в жизни у них по-прежнему не будет.

Текст и фото: Борис Конаков

Возврат к списку